Эскадренные миноносцы проекта 7 у. Сталинская серия. Служба в годы Великой Отечественной войны

Эскадренные миноносцы проекта 7 у. Сталинская серия. Служба в годы Великой Отечественной войны

Эскадренные миноносцы проекта 7 известные также как эсминцы типа Гневный - тип эскадренных миноносцев, строившихся для Советского Военно-Морского Флота во второй половине 30-х годов прошлого века. Один из самых массовых типов эскадренных миноносцев в истории советского флота. За их проектированием и строительством лично следил руководитель страны. Поэтому "семерки" неофициально называли эсминцами "сталинской серии". Головным кораблем стал "Гневный". Он вошел в состав Краснознаменного Балтийского флота в 1938 году. Всего было заложено 53 единицы. Из них 28 были достроены по первоначальному проекту. 18 были достроены по проекту 7У. 6 были разобраны на стапеле. Один («Решительный») затонул при буксировке в шторм после спуска на воду и не был достроен. Главный калибр "Гневного" - четыре 130-ти мм орудия. Тридцатикилограмовые снаряды стотридцаток летели на 33 км, в буквальном смысле слова - за горизонт. При этом скорострельность ГК достигали 13 выстрелов в минуту. Подстать артиллерии были и торпеды - основное тяжелое орудие "семерок". Два трехтрубных аппарата стреляли новейшими советскими торпедами типа 53-39. Они были приняты на вооружение перед самой войной. Торпеды несли 317 кг мощной взрывчатки на расстояние до 10 км. "Морская кавалерия" - так называли эсминцы за быстроту и маневренность. В конструкции этих кораблей все подчинялось скорости. Именно поэтому на них не ставили тяжелую броневую защиту, как на крейсерах. Эсминцы проекта 7 создавались для артиллерийского боя и торпедных атак. Они имели мощное ариллерийское вооружение, современные системы управления огнем, надежные силовые установки. Но во время войны по своему прямому назначению "семерки", как и другие корабли советского флота почти не применялись. Тем не менее, сегодня у меня для вас 10 случаев боевого применения эсминцев "сталинской серии". 1. 28 марта 1942 года эсминец "Гремящий" вышел из Мурманска к острову Медвежий. Задача встретить и проводить в Кольский залив конвой PQ-13. На третьи сутки напряженного боевого похода сигнальщик увидел в бинокль неясный силуэт. Через несколько секунд он исчез, словно растворившись среди волн. Подводная лодка идет на погружение.Командир корабля капитан 3-го ранга Гурин немедленно отдал приказ: - Полный вперед! Бомбы товьсь! "Гремящий" устремился в атаку. Краснофлотцы заняли места у кормовых бомбосбрасывателей. - "Сбросить первую серию! Первая пошла! Вторая пошла!" Эсминец сбросил 6 глубинных бомб, затем лег на обратный курс для повторной атаки. В кипящей пене на поверхность стали всплывать обломки. На воде расползалось большое масляное пятно. В глубинах Баренцева моря нашла свою могилу немецкая подводная лодка Ю-585. Это была первая крупная победа советских эскадреных миноносцев знаменитой "сталинской серии". 2. С первых часов войны эскадренный миноносец "Гневный", тот самый, который стал головный "сталинской серии" получил боевую задачу на постановку минных заграждений в устье Финского залива, чтобы не допустить прорыва противника к Ленинграду. В море вышли минные заградители. Их прикрывал отряд легких сил Балтийского флота. Крейсер Максим Горький в сопровождении эсминцев "Гневный", "Гордый" и "Стерегущий". "Семерки" не случайно вошли в состав отряда прикрытия. По мощи артилерийского и торпедного вооружения они превосходили любой немецкий эсминец. Отряд легких сил двигался вперед в полной готовности к бою с надводными кораблями противника, но опасность пришла из-под воды. Отряд двигался прямо на минное поле, установленное немцами в устье Финского залива еще до начала боевых действий, в ночь на 22 июня. Эсминец "Гневный" шел первым. Внезапно раздался оглушительный взрыв, корабль окутали клубы дыма и пара. Эсминец подорвался на немецкой якорной мине типа EMS. Взрывом оторвало носовую часть до второго орудия. Погибло 20 человек. Эсминец "Гордый" повернул на обратный курс для оказания помощи. Взять на буксир поврежденный корабль оказалось невозможным. Для того, чтобы эсминец не достался противнику его пришлось потопить. С "Гневного" сняли 186 моряков, а затем открыли по нему огонь из артиллерии главного калибра. Головной корабль "сталинской серии" оказался первой крупной потерей советского флота во время Великой Отечественной войны. Но были в это трудное время и первые победы, пусть даже небольшие. 3. На третий день войны артиллеристы эсминца "Гремящий" сбили немецкий бомбардировщик. В этом не было бы ничего удивительного, если бы речь шла о зенитчиках. Но Юнкерс 88 развалился в воздухе, получив прямое попадание из орудия главного калибра. Той самой стотридцатки в паспортных данных которой было записано - "не имеет свойств зенитной стрельбы". 4. 18 июля 41-го авиация Балтийского флота обнаружили вражеский конвой. Несколько транспортов в охранении торпедных и сторожевых катеров шли через Ирбенский пролив в захваченную немцами Ригу. На перехват конвоя направился эскадренный миноносец "Стерегущий". Высокая скорость хода - 39 узлов, позволила эсминцу догнать противника уже на самом входе в порт. Фугасные снаряды стотридцаток обрушились на немецкие суда. Два транспорта загорелись. Но ответный огонь береговых батарей противника и атаки самолетов люфтваффе не позволили развить успех. "Стерегущий" лег на обратный курс. Зенитный расчеты эсминца отбили все удары германской авиации. Боевых повреждений и потерь личного состава на "Стерегущем" не было. 5. Во второй половине августа 1941 года немецкие сухопутные войска окружили главную военно-морскую базу Балтийского флота Таллин. Началась эвакуация боевых кораблей и вспомогательных судов на восток в Кронштадт. Пришлось пройти 170 миль по усеянному минами Финскому заливу под непрерывными атаками немецких самолетов. Эсминцы прикрывали крйсер "Киров". На его борту находились Штаб Флота, правительство Эстонии и золотой запас государственных банков прибалтики. Во время перехода погибли пять эскадренных миноносцев. Еще один подорвался на мине, но выжил. Это был эсминец "Гордый". Полузатопленный корабль был взят на буксир другим эсминцем - "Свирепый". Почти двое суток они буквально ползли в базу. Две идеальные мишени для бомбардировщиков люфтваффе. Отражая атаки с воздуха, зенитчики "Гордого" расстреляли весь боезапас - по тысяче снарядов из каждого ствола. На эсминец было сброшено две с половиной сотни бомб, но ни одна из них не попала в цель. Корабль смог дойти до Кронштадта. 6. В августе 1941 года эсминец "Бодрый" вышел на огневую позицию в районе осажденной Одессы. Залпами стотридцаток были уничтожены командный пункт и штаб румынской пехотной дивизии. За это экипаж получил благодарность командования Одесского оборонительного района. 7. В октябре 41-го враг подошел к Севастополю. Черноморские "семерки" встали на защиту главной военно-морской базы флота. Под огнем немецких береговых батарей и самолетов, эсминцы прорывались в осажденный город. Перевозили войска, технику, боеприпасы и продовольствие, обстреливали вражеские позиции из орудий главного калибра. Всего на черноморском театре военных действий воевало 6 эсминцев "сталинской серии". Четыре из них погибли под бомбами немецких самолетов. 8. 15 ноября 1943 года эсминец "Разумный" шел в охранении конвоя АБ55. Аккустики услышали под водой шум винтов. "Разумный" немедленно развернулся и лег на боевой курс. Эсминец атаковал подводную лодку противника десятью глубинными бомбами типа ББ1. Три последних взрыва оказались необычайно мощными. Список потерь немецкого подводного флота пополнила субмарина Ю387. 9. Но победы давались нелегко. До мая 45-го не дожили две "семерки" Северного флота. Уже в начале войны пикирующие бомбардировщики Юнкерс 87 потопили в Кольском заливе эсминец "Стремительный". Стокилограмовая авиабомба попала в торпедный аппарат, торпеды сдетонировали, корабль разломился пополам и в считанные секунды затонул. 10. 6 января 1945 года тяжелые повреждения получил эсминец "Разъяренный". Он был атакован аккустической самонаводящейся торпедой. Взрыв оторвал "Разъяренному" корму, на корабле начался пожар. Благодаря самоотверженности экипажа эсминец ужержался на плаву и был отбуксирован в базу. Эсминцы стали универсальными солдатами моря. Днем и ночью в дождь и снег, эти корабли выходили на минные постановки, атаковали вражеские подводные лодки и транспорты, высаживали и поддерживали огнем своих орудий десанты, доставляли защитникам осажденных городов подкрепление и боеприпасы, вывозили раненых и гражданское население, конвоировали транспортные суда, отбивали налеты вражеской авиации. За боевые отличия в годы Великой Отечественной войне четыре эсминца проекта 7 были награждены орденом Красного Знамени, а «Гремящий» получил звание «гвардейского».

В китайских городах Циндао и Рушань сохранились старые советские проекта 7 - известные военно-морским историкам как легендарные советские «семерки», которые используются сейчас в качестве кораблей-музеев.

Эсминцы этого типа обессмертили себя благодаря участию в Великой Отечественной войне. В 1955 году четыре таких корабля из состава Тихоокеанского флота СССР были переданы дружественному Китаю. Один позже был сдан на слом, а последний - четвертый - корабль был передан городу Далянь как учебный корабль для военно-морского института.

Военно-Морские Силы Китая 14 января 1955 года получили первые два советских эсминца проекта 7. Они были переименованы в честь маньчжурских городов. Эсминцы «Ретивый » и «Решительный » получили новые имена: «Цзилинь » и «Чанчунь ». Два следующих корабля - «Рекордный » и «Резкий» были переданы Китаю 6 июля 1955 года и переименованы в «Аньшань » и «Фушунь » соответственно. Все эсминцы этого типа бережно сохранялись китайскими моряками и благополучно дожили до конца 80-х годов. Но вскоре эсминец «Фушунь » был сдан на слом и был разобран на судоремонтном заводе в провинции Цзен Су.

Все «дальневосточные» эсминцы проекта 7 в августе 1945 года входили в состав 1-го дивизиона эскадренных миноносцев отряда легких сил и принимали участие в боевых действиях против Японии на Тихом океане. В начале 50-х годов прошли капитальный ремонт и модернизацию с установкой новых радиолокационных станций и трехногой фок-мачты. Очередную модернизацию эсминцы прошли в Китае в период с 1971 по 1974 год. В ходе переоборудования на кораблях были демонтированы торпедные аппараты, а на их месте были размещены по две спаренных пусковых установки для противокорабельных ракет «Хайин-22», которые являются аналогом советских противокорабельных ракет типа П-15. Устаревшие зенитные пушки были заменены четырьмя спаренными артиллерийскими установками В-11 калибра 37 мм.

Из трех эсминцев проекта 7, которые остались, лучше всего сохранился эсминец «Ретивый », который был выведен из состава флота в 1986 году и с 19 сентября 1991 года под наименованием «Тайюань » (бортовой номер 104) установлен в городе Далянь как корабль-музей на территории местного военно-морского института.

Эсминец «Рекордный » после исключения из состава флота в 1986 году был перебазирован в Циндао и с 24 апреля 1992 года является экспозицией местного военно-морского музея.

Эсминец «Решительный » был куплен городом Рушань, провинция Шандунь в августе 1990 года для использования его в качестве , но, к сожалению, до сих пор никакие работы на корабле «Чанчунь» не ведутся, поэтому легендарный эсминец постепенно стареет, превращаясь в груду железа.

фотографии эсминцев проекта 7

эсминцы проекта 7 в походе

эсминец «Аньшань» в боевом походе



эсминец «Тайюань» в качестве корабля-музея


130 мм пушка эсминца «Тайюань»

«Семерки» — эсминцы проекта 7 - по праву занимают видное место в нашей военно-морской истории. И неудивительно — ведь это активные участники Великой Отечественной войны, самые массовые советские надводные корабли постройки 30-х годов, с которых ведут свою родословную несколько поколений эсминцев, больших ракетных кораблей и даже крейсеров. Один эсминец этого типа стал гвардейским, четыре — краснознаменными.

В то же время о них сказано и написано немало противоречивого. Особенно это относится к их боевым действиям в годы войны — здесь реальные, часто трагические события в течение долгого времени подменялись легендами. Но это в литературе, предназначенной для массового читателя. А для профессионалов под грифом «секретно» готовились другие материалы, содержащие беспристрастный анализ боевых операций, их результатов, тактических приемов, боевых повреждений кораблей. Доступ к такой информации появился совсем недавно, и поэтому многие приводимые в этом выпуске факты и выводы читателю могут показаться неожиданными. Надеемся, что они наглядно покажут и достоинства, и недостатки «семерок» — этих безусловно интересных и красивых кораблей нашего флота.

Постановление «О программе военно-морского судостроения на 1933— 1938 гг.», принятое 11 июля 1933 года Советом Труда и Обороны, предусматривало строительство 1493 боевых и вспомогательных кораблей, включая 8 крейсеров и 50 эсминцев. Выполнение его вызвало массу проблем во всех отраслях народного хозяйства, но в те годы не было принято считаться с ценой. «Мы строим и построим большой морской военный флот» — этот почти стихотворный призыв из газеты «Правда» от 9 декабря 1936 года мог бы стать эпиграфом к рассказу о предвоенном советском кораблестроении.

Разработка проекта нового эсминца была поручена Центральному конструкторскому бюро спецсудостроения ЦКБС-1 еще в 1932 году, главным руководителем проекта назначили В.А.Никитина, ответственным исполнителем — П.О.Трахтенберга. К тому времени в коллективе уже имелся некоторый опыт аналогичных работ (создание лидера эсминцев типа «Ленинград»), однако недостатки последнего и сжатые сроки проектирования вынудили прибегнуть к помощи итальянских компаний «Ансальдо» и «Одеро».

Этот выбор был отнюдь не случаен. Во-первых, Италия тогда являлась нашим важным военно-политическим союзником. Во-вторых, именно этими фирмами в 1928—1932 годах была построена серия кораблей класса «Дардо», предвосхитивших собой тип эсминца второй мировой войны. В них все было необычно: общая компоновка, одна дымовая труба, 120-мм артиллерия в спаренных палубных установках... Модификацией этого типа стали 4 увеличенных эсминца класса «Маэстрале», заложенные в 1931 году. Последние корабли и были выбраны в качестве основы для создания новых советских эсминцев. В 1932 году Италию посетила делегация конструкторов-кораблестроителей во главе с Никитиным, и привезенный ею комплект чертежей «Маэстрале» лег в основу будущего проекта. Наши конструкторы заимствовали компоновку машинно-котельной установки и общую архитектуру корабля, однако отечественные вооружение, механизмы и оборудование заставили во многом отойти от прототипа. Реально вклад итальянских коллег ограничился разработкой теоретического чертежа (фирма «Ансальдо») и прогонкой модели в опытовом бассейне в Риме.

Технический проект эсминца (получившего наименование «проект № 7») утвердили в декабре 1934 года. Основные тактико-технические элементы его были следующими: водоизмещение стандартное 1425 т, полное 1715 т, длина наибольшая 112,5 м, ширина 10,2 м, осадка 3,3 м, скорость хода 38 узлов, вооружение — четыре 130-мм орудия и два трехтрубных торпедных аппарата (ТА) калибра 533 мм. Следует отметить, что к тому времени большей части оборудования и вооружения не существовало даже на бумаге, однако никакого запаса водоизмещения в проект заложено не было.

Заключительные проектно-конструкторские работы проводились в крайней спешке, поскольку Сталин требовал от Наркомата тяжелой промышленности заложить первые эсминцы уже в 1935 году, а всю серию (увеличенную до 53 единиц) сдать флоту в 1937—1938 годах. Правительство явно переоценивало тогдашние возможности отечественной промышленности.

Опыт первой мировой войны, считавшийся «критерием истины» для кораблестроителей 20-х и 30-х годов, свидетельствовал, что эсминец как наиболее универсальный корабль флота неуклонно превращался из чисто торпедного корабля в артиллерийско-торпедный. Поэтому усиление огневой мощи эсминцев межвоенного периода происходило в первую очередь за счет увеличения калибра и баллистических характеристик артиллерийских установок.

Дальше всех в этом направлении пошли, пожалуй, советские конструкторы. Эсминцы проекта 7 изначально создавались под «крейсерский» калибр — 130мм. Правда, пушки Обуховского завода с длиной ствола в 55 калибров, бывшие основным оружием крейсеров советского флота в 20-е годы, оказались слишком тяжелыми, и заводу «Большевик» было поручено разработать новые, укороченные на 5 калибров. В 1935 году новая артсистема, получившая обозначение Б-13, была принята на вооружение, а через год началось ее серийное производство.

Любопытно, что первоначально орудия Б-13 создавались под снаряды 55-калиберных пушек, для чего их оснастили лейнерами с мелкой (глубиной 1 мм) нарезкой. В конце 1936 года решили перейти на лейнеры с глубокой (2,7 мм) нарезкой, под которые были разработаны новые снаряды. Таким образом, одна и та же модель орудия требовала различных боеприпасов, что в годы войны создавало дополнительные проблемы. Например, в ноябре 1941 года на «Громком» пришлось менять почти новые лейнеры АНИМИ на лейнеры НИИ-13 только из-за того, что для первых на Северном флоте кончились снаряды.

Орудие Б-13 в палубной установке со щитом из противопульной брони толщиной 13 мм имело длину ствола 50 калибров, вес 12,8 т, угол вертикального наведения от -5 до +45°. Все типы снарядов (осколочно-фугасные, полубронебойные и дистанционные гранаты) были одинакового веса — 33,5 кг и.выпускались из ствола с начальной скоростью 870 м/с на максимальную дальность 139 кбт (27,5 км). В боекомплект входили также ныряющие снаряды весом 33,14 кг и осветительные весом 34,5 кг. Стрельба ими велась с помощью уменьшенных зарядов на дальность соответственно 17 и 58 кбт. Живучесть ствола поначалу составляла всего 150 — 200 выстрелов, но затем благодаря ряду усовершенствований была доведена до вполне приличной величины — около 1100 выстрелов (хотя «паспортное» значение — всего 420 выстрелов). Качающаяся часть снабжалась устройством продувания канала ствола. Боезапас — раздельный, затвор — поршневой, с пластическим обтюратором. Боекомплект, составлявший 150 выстрелов на ствол (175 в перегруз), размещался в четырех погребах. Его подача осуществлялась двумя элеваторами (один для зарядов, другой для снарядов) на каждое орудие; в случае отказа имелись трубы для ручной подачи. Заряжение осуществлялось вручную, скорострельность зависела от угла возвышения и колебалась в пределах 6—10 выстрелов в минуту. По свидетельству бывшего артиллерийского электрика эсминца «Разумный» К.А.Любимова, на учебных стрельбах на ТОФе достигли скорострельности 13 выстрелов в минуту. Углы обстрела пары носовых орудий «семерки» — от 0° до 14° на оба борта, кормовых — от 14° до 18°.

По своим баллистическим характеристикам пушки Б-13 значительно превосходили артиллерию зарубежных эсминцев. Для сравнения можно отметить, что снаряд 127-мм японского орудия весил 23,1 кг, 127-мм американского — 24,4 кг, 128-мм немецкого — 28 кг, 120-мм итальянского — 22,1 кг, 120-мм английского — 22,7 кг, и только у французских 130-мм пушек снаряды весили почти столько же, сколько советские — 34,8 кг. Но длина ствола последних составляла всего 40 калибров, а максимальная дальность стрельбы не превышала 17 км. Единственными иностранными орудиями, превосходившими по мощи советские, были 138-миллимет-ровки французских лидеров и 140-мм пушки югославского лидера «Дубровник». Однако эти корабли, близкие к легким крейсерам, были значительно крупнее «семерок» и рассматривать их в качестве аналогов нельзя.

Вполне соответствовала артиллерии и система управления огнем. Специально для эсминцев проекта 7 в 1937 году создали центральный автомат стрельбы ЦАС-2, ведущий свою родословную от «централи» итальянской фирмы «Галилео» (эта система устанавливалась на лидерах типа «Ленинград»). Автомат размещался в боевом отделении под носовой надстройкой и позволял непрерывно определять полные углы вертикального и горизонтального наведения орудий при постоянном наблюдении за целью или «по самоходу». Наблюдение за надводной целью осуществлялось с помощью двух 4-метровых дальномеров, размещенных в командно-дальномерном посту (КДП) Б-12-4. В целом система отвечала современным требованиям и не уступала лучшим зарубежным аналогам.

Таким образом, задача, поставленная перед советскими конструкторами, была выполнена: артиллерийское вооружение «семерки» к концу 30-х годов по праву считалось лучшим в мире. Но, к сожалению, все это оказалось ненужным! Превознося опыт первой мировой войны, морские стратеги не учли стремительного развития новых боевых средств, и в первую очередь — авиации.

В итоге великолепные пушки Б-13 вместе с совершенной системой управления огнем использовались в основном для выполнения непривычной задачи — стрельбы по наземным целям. Зато перед бомбардировщиками «люфтваффе» «семерки» оказались практически беззащитными.

Впрочем, это была беда не только наша: эсминцы иностранных флотов предвоенной постройки также вооружались лишь противокорабельной артиллерией. Исключение составлял флот США. И в результате американская 127-мм пушка с длиной ствола в 38 калибров, весьма скромная по своим характеристикам, оказалась по праву лучшим орудием эсминцев второй мировой войны именно благодаря своей универсальности — способности вести огонь как по надводным, так и по воздушным целям.

Противовоздушные средства «семерок» на момент их ввода в строй включали в себя два 76-мм орудия 34-К, два 45-мм полуавтомата 21-К и два 12,7-мм пулемета ДШК или ДК. Увы, такой состав вооружения нельзя назвать удовлетворительным ни по количеству, ни по качеству. 45-мм пушки обладали малой скорострельностью, 76-мм орудия располагались весьма неудачно, а пулеметы вообще оказались почти бесполезными. Но главным недостатком являлось отсутствие морских приборов управления зенитным огнем (МПУАЗО). Последние в СССР начали разрабатываться с опозданием, и первая подобная система «Горизонт-1» (для крейсера «Киров») появилась лишь в 1939 году. Ее аналог для эсминцев, созданный на базе зенитного автомата стрельбы «Союз», был принят на вооружение перед самым началом войны и успел появиться только на «семерках-У».

В самом начале войны «семерки» стали вооружать более эффективными зенитками — 37-мм автоматами 70-К. На североморских эсминцах их сначала (в июле — августе 1941 года) установили в придачу к 45-мм пушкам — один на рострах позади дымовой трубы и один на юте. Позже (на «Гремящем», «Грозном», «Сокрушительном» в июне 1942 года) ими заменили и 45-мил-лиметровки у срезов полубака. К 1943 году все североморские «семерки» имели по 4 автомата 70-К. Черноморские эсминцы проекта 7 в годы войны несли преимущественно по 5 таких зениток: на юте их не ставили, зато монтировали парой на носовой надстройке, рядом со вторым 130-мм орудием. В 1942 году все оставшиеся в строю на СФ и ЧФ «семерки» довооружили двумя спаренными 12,7-мм пулеметами «Кольт-Браунинг». Самое мощное зенитное вооружение в годы войны имел балтийский «Грозящий»: четыре пулемета ДШК, четыре 37-мм автомата и три 76-мм орудия 34-К.

Важной частью зенитного вооружения стали английские радары, поступавшие по ленд-лизу для оснащения советских кораблей. Первым радиолокационную станцию (РЛС) типа 286-М получил в 1942 году «Гремящий». На большинстве тихоокеанских «семерок» установили РЛС типа 291.

Но в целом зенитное вооружение советских эсминцев до конца войны оставалось откровенно слабым. Сравним: американские эсминцы типа «Аллен М.Самнер» и «Гиринг» в 1945 году несли до 16 стволов 40-мм автоматических «бофорсов», не считая «эрликонов». И это при шести универсальных 127-мм орудиях! Неудивительно, что некоторые из них ухитрялись за один бой сбивать до 10 и даже 20 японских самолетов.

Торпедное вооружение эсминцев проекта 7 включало в себя два трехтрубных торпедных аппарата 39-Ю с растворением крайних труб 7°, представлявших собой копию «новиковских» аппаратов увеличенного до 533 мм калибра вместо 450 мм. Способ стрельбы — пороховой. По проекту эсминцы могли нести дополнительно 6 запасных торпед в стеллажах, но перезарядка аппаратов вручную в свежую погоду оказалась невозможной. Первым это поняло командование СФ и в марте 1942 года приказало запасные торпеды снять. Советские парогазовые торпеды 53-38 и 53-39 были весьма совершенными, но в бою применялись «семерками» лишь однажды — «Бойким» и «Беспощадным» в декабре 1942 года (да и то неудачно).

Чаще использовали минное оружие. «Семерка» могла принять на палубу до 60 мин КБ-3, или 65 мин обр. 1926 г., или 95 мин обр. 1912 г. (в перегруз).

Противолодочное вооружение первоначально состояло из рычажных бомбосбрасывателей и ныряющих снарядов для 130-мм орудий. Запас глубинных бомб составлял всего 25 штук—10 больших Б-1 и 15 малых М-1; позже его довели до 40 Б-1 и 27 М-1 (на «Грозном» в 1944 году). В ходе войны на все корабли установили по два бомбомета БМБ-1, В 1942 году «Грозный» первым из советских кораблей получил гидролокатор (сонар) «Дракон-128с».

Эсминцы оснащались кормовой дымоаппаратурой ДА-2Б (время непрерывного действия 30 минут, производительность 50 кг/мин), паронефтяной аппаратурой ДА-1 с выхлопом через дымовую трубу (по три форсунки белого и черного дыма) и дымовыми шашками МДШ (10 — 20 штук). Противохимическая защита обеспечивалась фильтровентиляционными установками, питающими очищенным воздухом кают-компанию, каюты офицеров и носовой обмывочный пункт. Для ликвидации отравляющих веществ имелись два боевых химических поста и два обмывочных пункта. Общий запас дегазирующих веществ — 600 кг хлорной извести и 100 л реактивов. Кроме того, на каждом корабле хранилось 225 комплектов защитной противохимической одежды.

В качестве противоминного оружия «семерки» располагали двумя комплектами паравантралов К-1 и размагничивающими обмотками ЛФТИ, монтаж которых начался в июле 1941 года. Нельзя не отметить качество отечественных параванов. Их «капризы» доставили немало неприятностей советским морякам. Но это еще полбеды. Вместо того чтобы бороться с минами, параваны К-1 нередко превращались в «убийц» собственных кораблей, затраливая минреп и подводя мину к борту. Подобные случаи произошли, в частности, с эсминцами «Гордый», «Грозящий», «Стерегущий», «Сметливый».

Суммируя вышесказанное, следует выделить такие достоинства эсминцев проекта 7, как мощное артиллерийское вооружение, совершенные приборы управления огнем (ЦАС-2), неплохие торпеды и, в общем-то, приличная скорость хода. Энергетическая установка при всех своих минусах зарекомендовала себя более надежной, чем у германских эсминцев. Но главная заслуга наших конструкторов и кораблестроителей в том, что столь крупная серия кораблей все же была построена, и построена своевременно. Именно «семерки» обновили надводный флот и вывели советский ВМФ на качественно новый уровень.

Что же касается недостатков, то наиболее серьезными из них были неудовлетворительная прочность корпуса, малая дальность плавания, слабое зенитное вооружение, отсутствие МПУАЗО. К этому можно добавить и неважные бытовые условия экипажа: при штате рядового состава в 231 человек постоянных мест (вместе с подвесными койками) было всего 161, что вынуждало краснофлотцев спать на столах, на палубе или вдвоем на одной койке.

Интересные выводы можно сделать из анализа боевого опыта. Из 28 «семерок», вошедших в строй в 1938—1942 годах (не считая погибшего при буксировке «Решительного»), тихоокеанские корабли, кроме «Разумного» и «Разъяренного», в войне практически не участвовали. Таким образом, непосредственно сражались с врагом 18 эсминцев. 10 из них погибли (включая «Стерегущий», позже поднятый и восстановленный). Если сюда приплюсовать эсминцы проекта 7У, то получится, что из 36 воевавших кораблей погибли 18 — ровно половина.

Распределение затонувших «семерок» и «семерок-У» по причинам гибели: на минах — 9 единиц, от авиабомб — 8, от навигационных аварий — 1 («Сокрушительный»). Еще 11 эсминцев получили тяжелые повреждения, в том числе с потерей носовой или кормовой части корпуса.

Больше всего «семерки» пострадали от мин. Однако значительные потери вовсе не свидетельствуют о их низкой живучести. Дело в том, что на 9 «смертельных» подрывов на минах приходится еще 9, когда корабль удалось спасти (или для гибели понадобилась еще одна мина — как в случае с «Гордым» и «Сметливым»). Кроме того, два корабля получили по одному торпедному попаданию: «Сторожевой» с торпедных катеров, «Разъяренный» — с подводной лодки. В обоих случаях эсминцы несли тяжелые потери (у первого оторвало носовую часть, у второго — корму), но оставались на плаву и позже восстанавливались. Таким образом, на 20 минно-торпедных подрывов приходится 9 погибших эсминцев, что составляет 45%. То есть по данному показателю «семерки» оказались куда более живучими, чем все их зарубежные собратья по классу периода второй мировой войны. Правда, ни одному из наших эсминцев не довелось выдержать одновременного удара двух мин или торпед, хотя в английском и американском флотах такие примеры были.

Если попытаться сопоставить потери среди «семерок» с ущербом, нанесенным ими неприятелю, то картина получится весьма безрадостная. Подтвержденные потери противника включают одну подводную лодку (U -585, потоплена «Гремящим» 29.3.1942) и не более 40 самолетов. Разумеется, сравнивать чисто механически эти цифры нельзя. У черноморских, да и балтийских, «семерок» просто не было достойного противника на море, и задачи, которые пришлось им выполнять, не предусматривались никакими предвоенными планами. К примеру, эвакуация войск из осажденного Севастополя или Ханко — для этих целей эсминцы были далеко не лучшим средством.

Шарнхорст > Время реакции быстрее, приборы точнее, устраняется лишний элемент схемы в лице наводчина непосредственно на ТА
Если я правильно понимаю, ты говоришь про центральное управление огнем. "Элемент схемы в лице наводчика непосредственно на ТА" - это местное управление, если я правильно понимаю. Разве у "семерок" управление огнем было местным, а не центральным? У них же был Центральный Автомат Стрельбы, который использовался и для управления артиллерийским огнем, и для управления торпедной стрельбой?

Шарнхорст > От отсталости весь ТА и поворачивали. Силовых приводов делать не умели, угол поворота прибора Обри - тоже.
Что означает термин "силовые приводы"?
Прибор Обри - это прибор шпиндельного ввода? На подводных лодках СССР приборов шпиндельного ввода тоже не было?
Как наводили ТА - на фиксированные углы, или на любой курсовой угол в секторе обстрела? Как поворачивали ТА - вручную или с помощью сервоприводов?

Шарнхорст > Для наших - абсолютно не имела. Как и сами ТА в целом. Я считаю, надо было их вообще снимать для облегчения кораблей, хоть какого-то улучшения мореходности и усиления МЗА.
Как я знаю, что-то подобное сделали союзники под названием "эскортные миноносцы". Но до войны ничего подобного никто не строил.

Полл >> Как вы отнесетесь к идее использовать заряжаемые ТА с изменяемым углом вертикальной наводки для стрельбы глубинными бомбами?
Шарнхорст > Само собой, отнесусь отрицательно. Вы пробовали прикинуть, насколько увеличится вес такого "торпедного аппарата"?
Я конечно понимаю, что сейчас - не времена в ВМВ, но вот например пусковая неподвижная и пусковая поднимающаюся сейчас даже индексом не различаются:

В принципе, для данной задачи не требуется наведение по вертикали, как ты сам сказал ранее - достаточно иметь систему, способную поднять пусковую на фиксированный угол.

Полл >> Тогда как по вашему, отвечала ББ-1 общемировому уровню на время своего появления?
Шарнхорст > Судя по всему - да, соответствовала.
Ок, спасибо. Тогда буду ждать информации от Кэпа по ней.

Шарнхорст > Абсолютно нереально. Это совершенно новая АУ, создать которую в нашей стране во время войны было невозможно в принципе - разработки для флота велись по остаточному принципу. Не случайно, первая универсальная 130-мм АУ появилась только на кораблях проектов 41 и 56, в середине 50-х.
Тогда прошу откомментировать данный отрывок:

В ноябре 1929 года был представлен эскизный проект с длиной ствола орудия в 45 калибров. ...

Проектом предусматривалось: гильзовое заряжание, горизонтальный клиновой затвор с полуавтоматикой по типу 180-мм пушки Б-1-К, гидропневматический досылатель броскового типа (близкий по конструкции к Б-7) и ручная досылка заряда в гильзе. В целом проект одобрили, но 23 января 1930 года УВМС решило внести в него ряд изменений: увеличить скорострельность с 12 выстрелов в минуту до 14, заменив ручные приводы наведения электрическими, с муфтами Дженни и др.

Доработка проекта, чертежей и изготовление опытного образца завод должен был завершить к началу марта 1932 года.

Но овторилась история 1912 года: опять командование флота погналось за дешевизной. В результате заставили конструкторов последовательно заменить гильзовое заряжание на картузное, полуавтоматический клиновой затвор на поршневой системы Виккерс, электрические приводы наведения на ручные и т.д.
_________________________________________________________
То есть техническая возможность получить универсальное орудие к ВМВ была?

К началу 1930-х годов в составе Военно-Морских сил (ВМС) РККА было всего семнадцать эскадренных миноносцев - «новиков»:

12 единиц на Балтийском море;

5 единиц на Чёрном море.

Такие эсминцы, построенные еще перед Первой мировой войной, не могли решать с высокой эффективностью расширившиеся боевые задачи кораблей своего класса. Поэтому в июле 1931 года Совет Труда и Обороны СССР принял решение предусмотреть в очередной программе военно-морского строительства форсированное создание новых эскадренных миноносцев. Для этих целей было создано Центральное конструкторское бюро спецсудостроения (ЦКБС-1).

Эскадренные миноносцы проекта 7, также известные как тип «Гневный», - тип эскадренных миноносцев так называемой «сталинской серии», строившихся для Советского Военно-Морского Флота во второй половине 1930-х годов, один из самых массовых типов эскадренных миноносцев в истории российского и советского флотов. Самые массовые советские эскадренные миноносцы 1920-х-1930-х годов.

Всего было заложено 53 единицы. Из них 28 были достроены по первоначальному проекту. 18 были достроены по проекту 7У. 6 были разобраны на стапеле. Один («Решительный») затонул при буксировке после спуска на воду и не был достроен.

Проект 7

В ЦКБС-1 началось проектирование «серийного ЭМ», которому присвоили обозначение «проект 7». В 1932 году в Италию под руководством главного инженера ЦКБС-1 Никитина В. А. была командирована комиссия «Союзверфи», которая остановила свой выбор на крупнейшей судостроительной фирме «Ансальдо», имевшей многолетний опыт проектирования быстроходных ЭМ и КРЛ. Комиссия ознакомилась с новейшими итальянскими эсминцами и документацией строящегося ЭМ типа «Мистрале», который стал ближайшим прототипом при разработке проекта «7».

21 декабря 1934 года общий проект «серийного эсминца» был утверждён постановлением Совета Труда и Обороны. Общее количество кораблей, подлежащих строительству по утвержденному проекту, не раз изменялось (в сторону увеличения), в результате планировалось сдать флоту 21 корабль в 1937 году, и еще 32 в 1938 году. Из этих 53 эсминцев 21 корабль предназначался для Балтийского и Северного флотов, 10 - для Черноморского флота и 22 - для Тихоокеанского флота.

Строительство кораблей предусматривалось на заводах № 189 ССЗ им. Орджоникидзе и № 190 ССЗ им. Жданова в Ленинграде, и заводах № 198 ССЗ им. Марти и № 200 ССЗ им. 61 Коммунара в Николаеве.

Сравнение с зарубежными эсминцами подтверждает, что при проектировании новой серии эскадренных миноносцев был достигнут значительный прогресс и корабль по своим боевым качествам не уступал лучшим зарубежным образцам того времени, а по дальности стрельбы орудий главного калибра и скорости значительно превосходил их.

Мощное артиллерийское вооружение, совершенные приборы управления огнем, неплохие торпеды и приличная скорость хода. Энергетическая установка при всех своих минусах зарекомендовала себя более надежной, чем у германских эсминцев. Но главная заслуга наших конструкторов и кораблестроителей в том, что столь крупная серия кораблей все же была построена, и построена своевременно. Именно "семерки" обновили надводный флот и вывели советский ВМФ на качественно новый уровень.

Проект 7-У

13 мая 1937 года британский эскадренный миноносец «Хантер», нёсший патрульную службу поблизости от порта Альмерия и выполнявший функции наблюдателя за ходом боевых действий враждующих сторон (в Испании шла гражданская война), был подорван на дрейфующей мине.

В августе 1937 года на совещании Комитета обороны в Москве был упомянут случившийся с «Хантером» инцидент. Была проанализирована ситуация, когда корабль с линейным расположением котельно-турбинной установки в результате единственного попадания снаряда, мины или торпеды, мог потерять ход. В результате, проект 7, имевший такую же схему энергетической установки, был назван «вредительским». 14 уже спущенных на воду кораблей проекта 7 было приказано переделать, а остальные — разобрать на стапелях.

Проект улучшенного проекта 7-У был разработан совместно конструкторскими бюро ЦКБ-17 (до октября 1936 года — ЦКБС-1) и Северной судостроительной верфи им. А. Жданова (главный конструктор — Лебедев Н. А.). Окончательный проект Наркомат ВМФ утвердил 29 августа 1938 года.

Первоначально планировалось перезаложить абсолютно все корабли проекта 7. Однако, к счастью, заместителю наркома оборонной промышленности Тевосяну И. Ф. удалось убедить комитет достроить 29 эсминцев по проекту 7 и лишь следующие 18 перезаложить по проекту 7У. Последние 6 строившихся единиц, находившихся в низкой степени готовности, решили разобрать.

Таким образом, в течение 1938-1939 годов 18 корпусов эсминцев проекта 7, находившихся на стапелях ленинградских заводов имени Жданова и Орджоникидзе, и николаевского имени 61 коммунара, были перезаложены по проекту 7-У. Для этого почти готовые корпуса проекта 7 пришлось частично демонтировать. Были убраны ряд конструкций в районе машинно-котельных отделений. В результате корабли проекта 7-У вошли в состав только двух флотов — Балтийского и Черноморского.

Дальневосточные эсминцы, из-за напряженного режима работы и слабой производственной базы во Владивостоке и Комсомольске-на-Амуре были достроены по проекту 7.

Головным эсминцем проекта 7-У стал «Сторожевой». В ходе заводских испытаний, состоявшихся осенью 1939 года, выявилась значительная перегрузка корабля и, как следствие, — его пониженная остойчивость. Работы по устранению (остойчивость повысили за счет укладки твёрдого балласта), а также ликвидация множества обнаруженных дефектов затянули завершение испытаний более чем на год. В результате, к началу Великой Отечественной войны судостроители успели сдать заказчику лишь половину всех из 18 заявленных кораблей проекта 7-У: 8 на Балтике и 1 на Чёрном море. Остальные 9 экстренно достраивали и испытывали уже в боевых условиях.

Тактико-технические характеристики

Корпус

Главным отличием эсминца проекта 7-У была компоновка машинно-котельных отделений. Появившийся четвёртый котёл и увеличенные их габариты, в результате чего котлы не умещались внутри корпуса, привели к тому, что котлы возвышались над главной палубой примерно на 2 метра, съедая объём центральных надстроек.

Корпус был сделан из маломарганцовистой стали толщиной 5—10 миллиметров. Большая часть соединений была клепаной, хотя стрингеры, часть верхней палубы и ряд других элементов имели сварную конструкцию. В ходе войны был выявлен серьезный недостаток маломарганцовистой стали: хрупкость. Листы, изготовленные из неё, при попадании осколков бомб и снарядов раскалывались и сами давали большое количество осколков, поражавших личный состав, приборы и механизмы. Обычная же «Сталь 3», применявшаяся в конструкции палуб и надстроек, не растрескивалась и таких осколков не давала.

Энергетическая установка

В 1936 году Наркомат внешней торговли заказал для кораблей проекта 7 у английских фирм «Метро-Виккерс» и «Парсонс» 12 комплектов главных турбозубчатых агрегатов (ГТЗА) и вспомогательных механизмов. Такие ГТЗА имели мощность до 24 000 л. с., зато могли запускаться в холодном состоянии, без предварительного подогрева, что теоретически уменьшало время подготовки корабля к выходу в море.

В марте 1938 года полученные из Англии турбины распределили по заводам. Из восьми комплектов ГЭУ фирмы «Метро-Виккерс» 7 достались ленинградским № 189 и № 190, а еще один отправили на базу КБФ в качестве резервного. Четыре комплекта фирмы «Парсонс» ушли на Черное море: 3 — на николаевский завод № 200 и один — на базу ЧФ в Севастополь. Все импортные ГТЗА попали на корабли, перезаложенные по проекту 7-У.

Пар для турбин вырабатывали 4 шатровых вертикальных водотрубных котла с боковым экраном и односторонним протоком газов, снабженные петлевыми пароперегревателями. Поверхность нагрева каждого котла — 655 м², производительность — 80 т пара в час. Параметры пара примерно те же, что и кораблей проекта 7: давление 27,5 кг/с², температура 340 °С. Каждый котел размещался в изолированном отделении.

Одним из недостатков такой системы, можно назвать повышенный расход топлива: четыре котла по сравнению с тремя у проекта 7. Тем более, что увеличить запасы топлива у проекта 7-У не удалось: после монтажа более громоздкой ГЭУ в тесном корпусе места для дополнительных цистерн уже не оставалось. А после укладки твердого балласта запас мазута даже пришлось немного уменьшить.

Вооружение

Главный калибр

Артиллерия главного калибра (ГК) у эсминцев проекта 7У осталась такой же, что и у их предшественников: четыре 130-мм орудий Б-13-2 с длиной ствола 50 калибров, изготовленных заводом «Большевик». Боезапас включал в себя 150 выстрелов на ствол, в перегруз (по вместимости погребов) корабль мог брать до 185 выстрелов на ствол — то есть в сумме до 740 снарядов и зарядов. Подача боеприпасов осуществлялась вручную, досылка — пневмодосылателем.

Зенитное вооружение

Зенитное вооружение составляли пара 76-мм универсальных установок 34-К, перемещённых в корму. Был добавлен третий 45-мм полуавтомат 21-К. Таким образом, все три малокалиберные зенитки располагались на площадке позади первой дымовой трубы, ради чего пришлось пожертвовать тяжелыми 90-см прожекторами (вместо них теперь устанавливался один 60-см на фок-мачте).

Число 12,7-мм пулемётов ДШК увеличилось вдвое — к двум на верхнем мостике добавили еще два за срезом полубака. Однако несмотря на некоторое усиление по сравнению с предшественниками, зенитное оружие проекта 7-У продолжало оставаться крайне слабым и неудачно размещенным: с носовых курсовых узлов корабль был практически беззащитным, а скученность всех противовоздушных средств на двух площадках делала их крайне уязвимыми.

Опыт первых месяцев войны показал, насколько опасно пренебрегать угрозой воздушных атак. Поэтому уже с июля 1941 года на эсминцах начали дополнительно монтировать 37-мм автоматы 70-К на надстройке в районе второй трубы, а затем заменять ими 45-мм 21-К.

В мае 1942 года на «Сильном» были установили два 20-мм «эрликона» и один четырёхствольный 12,7-мм пулемет «Виккерс».

К концу войны балтийские эсминцы («Сильный», «Стойкий», «Славный», «Сторожевой», «Строгий», «Стройный») получили третью 76-мм артустановку 34-К (на юте).

К 1943 году наиболее мощные в отношении средств ПВО черноморские «Способный» и «Сообразительный» имели на вооружении по две 76-мм пушки 34-К, по семь 37-мм автоматов 70-К, по четыре 12,7-мм пулемёта ДШК и по два спаренных 12,7-мм пулемёта «Кольт-Браунинг» с водяным охлаждением стволов.

Торпедное вооружение

Торпедное вооружение включало в себя два 533-мм трехтрубных торпедных аппарата 1-Н. В отличие от пороховых аппаратов 39-Ю, устанавливавшихся на кораблях проекта 7, 1-Н имел комбинированную систему стрельбы — пороховую и пневматическую. Скорость вылета торпеды составляла 15 — 16 м/с (против 12 м/с у 39-Ю), что позволило значительно расширить секторы обстрела: эсминцы проекта 7 не могли выпускать торпеды на острых курсовых углах из-за риска, что те заденут за палубу. Кроме того, в конструкцию ТА был внесен ряд усовершенствований, что вдвое повысило точность его наведения на цель. Кораблям проекта 7-У ни разу не довелось при-менить свое вполне современное торпедное оружие в бою.

Противолодочное вооружение

Минное и противолодочное вооружение эсминцев типа «Сторожевой» практически ничем не отличалось от используемого на предшественниках. На расположенные на верхней палубе рельсы корабль мог принять 58 мин КБ-3, или 62 мины образца 1926 г., или 96 мин образца 1912 г. (в перегруз). Стандартный набор глубинных бомб — 10 больших Б-1 и 20 малых М-1. Большие бомбы хранились непосредственно в кормовых бомбосбрасывателях; из малых—12 в погребе и 8 — в кормовом стеллаже на юте.

Уже в ходе войны эсминцы получили по два бомбомёта БМБ-1, способные стрелять бомбами Б-1 на дальность до 110 м.

Эскадренный миноносец «Грозный» (проект 7)

Водоизмещение 1525 - 1670т

Скорость хода 39 узлов

Длина 112,5 м

Ширина 10,2 м

Вооружение:

130-мм орудий 4

76-мм орудий 2

45-мм орудий 2

37-мм орудий 3

Зенитных пулеметов 2

Мины, глубинные бомбы - 60 КБ-3, или 65 мин образца 1926 г., или 95 мин образца 1912 г.

Эсминец типа "Сторожевой" (проект 7У)

Водоизмещение 2000 т

Скорость хода 39 узлов

Длина 115 м

Ширина 11,8 м

Вооружение:

130-мм орудий 4

76-мм орудий 2

37-мм орудий 3

Зенитных пулеметов 4

Трехтрубных торпедных аппаратов 2

Мины, глубинные бомбы

Боевые потери.

Принимали участие в боевых действиях 18 единиц ЭМ проекта 7.

Погибло 11 единиц

Причины гибели

Навигационные аварии - 2 слyчая

Авиабомбы - 5 случаев

Мины - 4 случая

Из 11 погибшших ЭМ

погиб без pазлома коpпyса - 1 (Стеpегyщий)

погиб с надломом коpпyса - 1 (Гоpдый)

погибли с полным pазломом коpпyса - 9 (с yчетом ЭМ Быстpый), в т.ч. с pазломом коpпyса в двух местах - 2 (Решительный I и Сметливый)

с pазломом и надломом коpпyса - 1 (Беспощадный)

Произошло 29 слyчаев полyчения тяжелых повpеждений ЭМ пpоекта 7.

Типичными местами тpещин, надломов и pазломов коpпyса эскадpенных миноносцев пpоекта 7 были были yчастки пеpехода от пpодольной системы набоpа в сеpедине коpпyса к попеpечной системе набоpа в оконечностях - места высокой концентpации напpяжений.

Пpинимали yчастие в боевых действиях 18 единиц ЭМ проекта 7У

Из них погибло 9 единиц

Пpичины гибели

Авиабомбы - 4 слyчая

Мины - 5 слyчаев

Артиллерия - 1 слyчай

Из 10 слyчаев гибели ЭМ

погибли без pазлома коpпyса - 4

погибли с надломом коpпyса - 2

погибли с pазломом коpпyса - 4

Пpоизошло 19 слyчаев полyчения тяжелых повpеждений ЭМ пpоекта 7У.

Эсминцы Тихоокеанского флота участия в боевых действиях не принимали - 11 единиц.

Hесмотpя на пpинятые меpы по yкpеплению коpпyсов ЭМ пpоекта 7У по сpавнению с ЭМ пpоекта 7, желаемого pезyльтата это не пpинесло. Слабость констpyкции коpпyса стала одним из сyщественных недостатков ЭМ обоих пpоектов, что, конечно же, сказалось и на их военной сyдьбе.

По последним данным, из эсминцев «сталинской» серии на реальную боевую победу может претендовать лишь один корабль - «Разумный». Именно он в паре с переданным англичанами эсминцем «Живучий» 8 декабря 1944 года преследовал немецкую подводную лодку U-387, которая после этого на связь не вышла и в базу не вернулась.

В истории эсминцев обоих проектов особняком стоит гвардейский ЭМ проекта 7У «Сообразительный». Его командир Ворков так вспоминал боевой путь своего корабля: «56 раз эсминец обстреливал вражеские боевые порядки, подавил более десяти батарей, уничтожил до 30 танков и машин, много живой силы. Более 2700 снарядов главного калибра израсходовал он, участвуя в артиллерийской поддержке наших сухопутных войск. Отконвоировал без потерь в Одессу, Севастополь, Феодосию и порты Кавказа 59 транспортов... Перевез на борту около 13 тыс. человек раненых и эвакуированных из Одессы и Севастополя. Более тысячи тонн боезапаса перевез в Одессу и Севастополь. Отразил более 100 атак авиации врага... Сбил пять самолетов противника. 200 раз эсминец выходил на боевые действия, пройдя более 60 тыс. миль без ремонта. За войну почти 200 суток он пробыл в море и не потерял ни одного бойца. Не было на корабле и раненых».

В статье использованы материалы А. Царенко и С.Балакина.

Статья из альманаха «Морской архив», №1, 2011
Председатель редакционного Совета Марков А.Г.
Главный редактор Маслов Н.К.